Свободный туризм. Материалы.
ГлавнаяПриглашаю/пойду в походПоходыСнаряжениеМатериалыПутеводителиЛитератураПовествованияЮФорумНаписать нам
Фото
  Литература     Восьмитысячники     Антарктида     Россия     Беллетристика  


Суер

СОДЕРЖАНИЕ

Часть первая ФОК

БУШПРИТ

Главы I-VI. Шторм

Глава VII Остров Валерьян Борисычей

Глава VIII Суть песка

Главы IX-X Развлечение боцмана

Главы XI-XII Самсон-Сеногной

Глава XIII Славная кончина

Глава XIV Хренов и Семёнов

Глава XV Пора на воблу!

Глава XVI Остров неподдельного счастья

Глава XVII Мудрость капитана

Глава XVIII Старые матросы

Глава XIX Остров печального пилигрима

Глава XX Сущность "Лавра"

Глава XXI Остров тёплых щенков

Глава XXII Встречный корабль

Глава XXIII Дырки в фанере

Глава XXIV Остров Уникорн

Глава XXV Дротики и кортики

Главы ХХVI-ХХVII Рог Уникорна

Глава XXVIII Остров большого вна

Глава XXIX Кроки и кошаса

Глава XXX Остров пониженной гениальности

Часть вторая ГРОТ

Глава XXXI Блуждающая подошва

Глава XXXII Остров голых женщин

Глава XXXIII Блеск пощёчин

Глава XXXIV Задача, решённая сэром

Глава XXXV Бездна наслаждений

Глава XXXVI Гортензия

Глава XXXVII Ихнее лицо

Глава XXXVIII Возвращение на остров голых женщин

Глава XXXIX Остров посланных на ...

Глава ХL Остров Лёши Мезинова

Глава ХLI Вампир

Глава XLII. Остров Сциапод

Глава XLIII. Бодрость и пустота

Глава XLIV. Ступеньки и персики

Глава XLV. Стол из четвёртого измерения

Глава XLVI. Трепет

Глава XLVII. Пожар любви

Глава XLVIII. В рассол!

Глава XLIX. Ненависть

Глава L. Вёдра и альбомы (Остров Гербарий)

Глава LI. Порыв гнева

Глава LII. Остров, на котором совершенно ничего не было

Глава LIII. Е моё

Глава LIV. Род

Главы LV-LVI. Крюк

Глава LVII. Название и форма

Глава LVIII. Драма жизни

Глава LIX. Судьба художника

Глава LX. Иоанн Грозный убивает своего сына

Глава LXI. Остров, обозначенный на карте

Глава LXII. Капитанское пари

Глава LXIII. Надписи на верёвке

Глава LXIV. Остров Кратий

Глава LXV. Кусок поросятины

Глава LXVI. Прелесть прозы

Глава LXVII. Лунная соната

Глава LXVIII. Остров нищих

Глава LXIX. Я сам

Глава LXX. Камень, ложка и чеснок

Глава LXXI. Перо ветра

Глава LXXII. Стакан тумана

Глава LXXIII. Сидящий на мраморе

Глава LXXIV. Усы и невозможное

Глава LXXV. Как было подано невозможное

Глава LXXVI. Явление природы

Часть третья БИЗАНЬ

Глава LXXVII. Мадам Френкель

Глава LXXVIII. Остров особых веселий

Глава LXXIX. Осушение рюмки

Глава LXXX. Рюмочка под беседу

Глава LXXXI. Бескудников

Глава LXXXII. Лик "Лавра"

Глава LXXXIII. Некоторые прерогативы боцмана Чугайло

Глава LXXXIV. Остров боцмана Чугайло

Глава LXXXV. Затейливая надпись

Глава LXXXVI. Лещ

Глава LXXXVII. Сергей и Никанор

Глава LXXXVIII. Остров Едореп

Глава LXXXIX. Тёплый вечерок в нашей уютной кают-компании

Глава ХС. Князь и Лизушка

Глава XCI. Мизинчик

Глава ХСII. Золотая любовь

Глава XCIII. Кадастр

Глава XCIV. Остров Истины

Глава XCV. Девяносто пятая

ПРИЛОЖЕНИЕ

Глава XLIX. Ненависть

Глава L. Вёдра и альбомы (Остров Гербарий)

Суер-Выер - Юрий Коваль

Глава LXVI. Прелесть прозы

Сэр Суер-Выер обрадовался, когда увидел меня на палубе.

- Я растерян, - шепнул он мне. - Сходить на берег или нет? Ты только глянь.

Остров, в бухте которого "Лавр" бросил якорь, был довольно живописен: скалы, сколы, куртины, но люди... Люди, которые бродили по набережным, вызывали острейшее чувство жалости.

Все они были оборванные, на костылях, кто сидел, кто лежал, кто ковылял, кто валялся.

Они протягивали руки, явно прося подаяние.

- Ну, что скажешь?

- Похоже, что это нищие, сэр.

- Сам вижу, что нищие. Но как это может быть? Одни только нищие. Где же подающие?

Подающих не было видно. Как мы ни разглядывали остров в сильнейшие квартокуляры, хоть копейку подающих не нашли.

- Очевидно, они думают, что подающие - это мы, сэр.

- Мы?

- Ну конечно. У нас - роскошный фрегат. Из камбуза пахнет щами, вон у Чугайлы зуб золотой, Хренов явно пил портвейн, капитанский краб - чистого золота, старпом гладко выбрит, лоцман - еврей, так что мы вполне похожи на подающих.

- Ну и что делать? Сходить на берег или нет?

- Решайте, кэп. В конце концов, почему бы не подать милостыни Христа ради? Надо подавать по мере возможности.

- Действительно, - сказал капитан, - Христа ради можно и подать. Наберите в карманы мелочи, каких-нибудь там копеек, и сойдём на берег.

- Если уж вы подаёте Христа ради, то зачем мелочиться, кэп? - сказал некстати я. - Почему "набрать там копеек"? Подавайте копейки ради себя, а Христа не приплетайте.

- Что ещё такое? - сказал капитан, с неудовольствием оглядывая меня. - Зачем, интересно, ты вылез из каюты? Меня учить? Сидел бы там и угрызался куском поросятины. Ты сам-то сколько собрался подавать?

- Подаю по силам.

- И на какую же сумму у тебя этих сил?

- Смотря по обстоятельствам.

- Ну и какие сейчас у тебя обстоятельства?

- Весьма скромные.

- Отчего же это они такие скромные? Пьёшь, что хочешь, даже из капитанских запасов, столуешься с офицерами, фок-стаксели при этом налево не травя, что-то чиркаешь в пергаменте, а что начиркал - никто не проверял.

- Вы хотите сказать, что на судне имеется цензура?

- Я об этом говорил, и не раз. Когда верёвочный хотел послать их судно на ..., я не велел. Не позволил писать такое флажками, осквернять флажки "Лавра".

- А уста?

- Что уста?

- Устно-то вы сами посылали, и не раз.

- Ну знаешь, брат, цензура есть цензура, она не всесильна, всюду не успевает. Но на флажки я всегда успею!

- Но на пергаменте я "чиркаю" отнюдь не флажками.

- А нам это нетрудно перевести! Чепуха! Эй, верёвочный! Изобрази-ка флажками, чего там -начиркал этот господин, а уж мы проверим, цензурно это или нецензурно. Давай-давай, тяни верёвки!

- На всё дело, пожалуй, флажков не хватит, - сказал верёвочный Верблюдов, заглянув в пергамент. - Ну ладно, поехали с Богом!

И он вытянул на верёвках в небо первую фразу пергамента:

ТЁМНЫЙ КРЕПДЕШИН НОЧИ ОКУТАЛ ЖИДКОЕ ТЕЛО ОКЕАНА.

- Твёрдо, - читал капитан, - мыслете... так-так, наш... како... КРЕПДЕШИН НОЧИ... ого! это образ!., сильно, сильно написано, ну прямо Надсон, Бальмонт, Байрон, Блок и Брюсов сразу! Тэк-тэк... живот, добро... ЖИДКОЕ ТЕЛО... достаточно.

Капитан дочитал фразу до конца и утомлённо глянул на меня.

- Это ты написал?

- Выходит так, сэр.

- Ну и что ты хочешь этим сказать?

- Ну, дескать, ночь настала, - встрял неожиданно Кацман.

- Да? - удивился Суер. - А я и не догадался. Неужели речь идёт о наступлении ночи? Ах, вот оно что. Но интересует вопрос: цензурно ли это?

Заткнутый лоцман помалкивал, а старпом и мичман, механик и юнга туповато глядели на верёвки и флажки, но высказываться пока не спешили.

- Одно слово надо бы заменить, - сказал наконец старпом.

- Какое? - оживился Суер.

- Тело.

- Да? А что такое?

- Ну... вообще, - мялся старпом, - тело, знаете ли... не надо... могут подумать... лучше заменить.

- И жидкое, - сказал вдруг Хренов.

- Что жидкое?

- И "жидкое" надо заменить.

- А в чём оно нецензурно?

- Да у нас всюду жидкости: перцовка, виски, пиво... могут подумать, что мы вообще плаваем по океану выпивки.

- Заменить можно, - согласился капитан. - Но как? Хренов и старпом посовещались и предложили такой вариант:

ТЁМНЫЙ КРЕПДЕШИН НОЧИ ОКУТАЛ ЖУТКОЕ ДЕЛО ОКЕАНА.

- Литература есть литература, - пожал я плечами. - Менять можно что угодно. Важно, как всё это прочтут народные массы.

- Важно? Тебе важно, как они прочтут? Ну и как же они прочтут?

- Они будут потрясены, сэр, поверьте.

- Сомневаюсь, что эта фраза вообще дойдёт до народных масс, - сказал Суер с лёгким цинизмом. - Это написано слишком элитарно. Для таких, как я или вот - Хренов.

- Знаете, сэр, - сказал я, - трудно доказать, труднодоказуемое, но в данном случае доказательство налицо. Народные массы потрясены. Гляньте на остров, сэр!

Да, друзья, на острове происходило нечто невообразимое. Нищие повскакивали с мест, размахивая костылями и протезами.

В середине стоял на камне какой-то толмач, очевидно, старый моряк, который, указывая пальцем на флажки, читал им по складам нашу скромную фразу.

Как громом поражённые разинули они свои искусственные рты, оттопыривали ладонями уши, силясь понять всю прелесть, остроту,

музыкальность и образность нашей прозы, пытаясь постичь, зачем?

почему?

к чему?

для чего?

как?

относятся к ним слова, начертанные в небе флажками:

ТЁМНЫЙ КРЕПДЕШИН НОЧИ ОКУТАЛ ЖИДКОЕ ТЕЛО ОКЕАНА.







  
Если имеется длинный трос, из него можно сделать буксировочую петлю , соединив концы посередине. Предлагаются некоторые из возможных вариантов складывания троса. 9. Разборная буксировочная петля , рис. 9. 1, 9. 2, 9. 3, 9. 4. Складывается по принципу свободной петли №8. Хорошо держит
Так это вы, молодой человек, пойдете на ходовые испытания? Очень приятно познакомиться, очень приятно. . . Нет, меня поздравлять не с чем, выход на пенсию не такое уж радостное событие. . . Конечно, в первый раз вам будет трудно, но ничего, справитесь. Вы напрасно
Б. Большой В. Восточный ГКХ Главный Кавказский хребет Гл. Главный 2Б к. тр. категория трудности перевала Зап. Западный к. сл. категория сложности л. ледник лд. ледовый М. Малый Мб номер маршрута н/к некатегорийный ос. осыпной пер. перевал п. о. повышенной опасности р. река С. Северный СВ. Северо восточный СЗ. Северо западный ск. скальный сн.
Редактор Расскажите
о своих
походах
•• Маршрутка 1 ••••• Карты 1 ••••• Описания 1 •••• Записная книжка 1 •••• Карандаш 1 •••• Планшет 1 •••• Командирская мензурка (для спирта) 1
Братья Всеволод и Евгений Белецкие. 1942 г. СеИнструкторы школы военного альпинизма и горнолыжного дела (ШВАГЛД). Бакуриани, 1943 г. Е. А. Белецкий четвертый слева в верхнем ряду. Воины альпинисты водружают советский флаг над «Приютом одиннадцати». Эльбрус, 1943 г. Е. А. Белецкий (крайний справа) со своими однополчанами в Аустерлице.
Категория сложности: 1А (2. 3. 11) Высота: 4300 Характер: снежно скальный Ориентация: восток запад Расположение: В коротком южном отроге хребта Терскей Алатау, разделяющем ветви ледника Котор Южный. Связывает восточную и западную ветви ледника Котор


0.220 секунд RW2