Свободный туризм. Материалы.
ГлавнаяПриглашаю/пойду в походПоходыСнаряжениеМатериалыПутеводителиЛитератураПовествованияЮФорумНаписать нам
Фото
  Литература     Восьмитысячники     Антарктида     Россия     Беллетристика  


Эверест-82

От редактора

Юрий Рост. Испытание Эверестом

Вечер в Намче-Базаре

Вечер в Тхъянгбоче

Вечер в Лукле

Вечер в Катманду

Утро в Москве

Эверестовцы рассказывают

Евгений Тамм. Шесть дней в мае

Анатолий Овчинников. Воплощение мечты

Эдуард Мысловский. Восхождение

Владимир Балыбердин. Неправильное восхождение

Николай Черный. Высотная наша работа

Валентин Иванов. Лицом к лицу с Эверестом

Сергей Ефимов. Жизнь в двух состояниях

Сергей Бершов. Ночной визит к богине

Михаил Туркевич. Четверо на ночном Эвересте

Казбек Валиев. Страницы погибшего дневника

Валерий Хрищатый. Фотографии памяти

Вячеслав Онищенко. Что со мной случилось?

Валерий Хомутов. Гора как гора

Юрий Голодов. Победа в День Победы

Владимир Пучков. Из дневника восходителя

Алексей Москальцов. Оглядываясь назад

Свет Орловский. Медицина на высоте (5300 м)

Владимир Воскобойников. Русская кухня в Гималаях

Эверест-82

От редактора

Звонок об успешном восхождении первой двойки на Эверест раздался у нас в редакции где-то около 15 часов 4 мая 1982 года. Володя Балыбердин был на вершине в 14.35, но это по непальскому времени. А пересчитать его на московское не так-то просто. В аэропорту Дели нам предложили перевести стрелки вперед на два с половиной часа. Это нас удивило: мы-то привыкли к смене временных поясов округленно, по целому часу, а тут - с половинкой. Но окончательно развеселились мы в Катманду, где нас предупредили, что непальское время отличается от индийского на 13 минут. Ну что ж, каждая страна имеет право жить по-своему. Поэтому мы должны были учесть, что в Непале не только 2039 год, но и время отличается от московского на 2 часа 43 минуты. Значит, первый советский альпинист был на вершине Эвереста в 11 часов 52 минуты по московскому времени.

Итак, примерно через три часа после восхождения вопрос об издании этой книги был решен. До того мы о ней думали, к ней готовились, но сначала, конечно, наши альпинисты должны были взойти. Через несколько дней в составе специальной туристской группы я вылетел в Непал, чтобы встретить победителей и пройти хотя бы часть их пути к Эвересту. Нам был обещан так называемый трекинг - пешее путешествие от Луклы до Пангбоче (3985 м) и обратно. Я тогда еще не знал, что в составе другой журналистской группы, от "Спутника", вылетевшей из Москвы на десять дней раньше, по тропе уже шагает Юрий Рост. Мы встретились с ним впервые в Катманду, уже после трекинга, в гостинице "Блю стар" ("Голубая звезда"), в номере, где жили Валентин Иванов с Валерием Хомутовым и еще с кем-то - не помню. Альпинисты согласились писать для нас, но просили помочь: определить каждому точно тему и поставить конкретные вопросы - "нам это дело, сами понимаете, непривычное, легче еще раз на Эверест смотаться".

- Мне о самом восхождении и писать-то нечего, - сказал Валентин Иванов. - Все было как-то очень просто, правильно и нетрудно. Самое трудное было раньше, на третьем выходе. Иногда казалось - все, конец, на Эверест меня не хватит.

- Вот об этом и напишите, о самом трудном, - обрадовался я. - Может быть, так и всем ребятам сказать - самый трудный день?

В это время в комнату вошел достаточно молодой человек в спортивном костюме. Лицо его мне не было знакомо (всех восходителей мы уже знали), но здесь он был явно не чужой: привычно присел на чью-то кровать и начал копаться в репортерском магнитофоне. Я замолчал (к чему о своих делах при посторонних?), но Валя и глазом не моргнув продолжал обсуждать новорожденную идею.

- О чем это вы? - спросил незнакомец.

Я изложил суть дела: считаю, очень полезно - проверять.на посторонних свои идеи.

- Да-а, не очень. Все это - литература, - отрезал посетитель, собрал магнитофон и ушел.

Я обиделся. Обиделся тем более, что сам чувствовал в своем предложении что-то от школьного сочинения на заданную тему... И потом, зачем же он меня так, при Иванове? Я для него все-таки редактор. Но Валя не обратил внимания на реплику (или тактично сделал вид?) и продолжал обсуждать идею. Я спросил, кто это. Валя ответил и, явно почувствовав мою обиду, добавил: - Да нет, он ничего, мужик что надо. В Москве где-то в середине июля вопрос о книге внезапно оказался под вопросом: побывавший в базовом лагере корреспондент ТАСС по Непалу Юрий Родионов, с которым была предварительная договоренность о вступительном очерке, сообщил со множеством извинений в письме, что в связи с отъездом из Непала он не может работать над книгой. Дело усложнялось: воспоминания самих альпинистов - это лишь фрагменты; очерка, рисующего общую картину, не было. И тут вдруг в "Литературной газете" в двух номерах подряд печатается очерк "Выше только небо" Юрия Роста. Читаю его, мстительно отмечаю про себя те места, где моему непрошеному оппоненту не удалось, на мой взгляд, избежать налета литературщины, но внутренне все больше и больше чувствую, что очерк нравится. Очень нравится. Вот он - Автор, новый Юрий, который сможет успешно заменить того, прежнего, Юрия. Я поделился этой мыслью с Валей Ивановым, и тот даже рассмеялся: он, оказывается, сам хотел подкинуть мне эту идею. Очерк в "Литературке" понравился и многим другим эверестовцам. Вторая, теперь уже деловая, встреча с Юрием Ростом состоялась в Москве, у нас в редакции. Договорились почти сразу - материала он собрал столько, что одной статьей в газете исчерпать его было невозможно. А он просился на бумагу, Юра был переполнен им, и предложение принять участие в большой книге об Эвересте, мне показалось, обрадовало его.

А потом, уже у себя дома, в комнате, похожей то ли на лавку антиквара, то ли на музей диковинок, в котором еще не завершена комплектация экспонатов, он показал свои слайды. Это был фантастический вечер - мы вместе, словно в сон, окунулись в море красок, в сказочно-театральный мир непальских улиц, переулков и дворов, по которым, по одним и тем же, бродили мы совсем недавно наяву и порознь. Вы увидите часть этих его слайдов в нашей книге и поймете, сколько требовалось мужества и, я бы сказал, жестокости, чтобы не превратить книгу об Эвересте в альбом о Непале. Скрепя сердце пришлось отобрать только те виды Катманду и окрестностей, которые были доступны нашим альпинистам. Книга о восхождении советских альпинистов на высочайшую вершину мира состоит из трех частей.

Первая - это очерк Юрия Роста, рисующий общую картину восхождения. Вторая покажет вам Эверест, и подступы к нему, и жизнь в базовом лагере, и этапы восхождения, и, наконец, то, что увидели наши альпинисты, вернувшись из мира льда, камня и ветра в тепло и солнце столицы Непала. Третья часть содержит фрагменты из дневников и воспоминаний участников экспедиции, драгоценные свидетельства очевидцев.

Думаю, что и наш справочный отдел будет интересен не только альпинистам, но и всем читателям.

Юрий Михайлович Рост (теперь я приступаю к официальному изложению его биографии) родился в 1939 году в Киеве. Окончил институт физкультуры по специальности плавание и водное поло. Куда как далеко от альпинизма, но все-таки спортивное образование - это один из аргументов в его пользу. Поработав некоторое время тренером, пошел снова учиться - сразу по двум специальностям: днем на факультете журналистики, вечером - на английском отделении филфака. Здесь, в Ленинградском университете, мы с ним чуть-чуть не встретились. Потом, уже в процессе работы над книгой, нашлись у нас и общие знакомые, как впрочем, и общий язык - его мы обрели очень скоро, можно сказать - сразу. Чтобы закончить анкету, добавлю: Юрий еще был студентом, когда его пригласили работать в ленинградский корпункт "Комсомольской правды", потом в редакцию этой же газеты в Москву, откуда он, проработав несколько лет и завоевав довольно солидное имя, перешел в "Литературную газету". Об альпинизме до этого Юрий Рост не писал. Тем удивительнее, что его очерк в "Литературке" обошелся без традиционных журналистских "ляпов" на альпинистскую тему.

Конечно, Юрий Рост имеет право участвовать в этой книге, хотя он не был на Эвересте и даже не дошел до базового лагеря. Но он прожил несколько дней с участниками экспедиции и - не помню, кто это сказал, - "захватил их тепленькими", записывал их рассказы тогда, когда они были переполнены впечатлениями. Он был первый человек, с которым можно было поделиться и который умел слушать.

Потом, в Москве, на многочисленных встречах, рассказывая десятки раз одни и те же эпизоды, альпинисты невольно "редактировали" их, постепенно улавливая, на что реагирует аудитория, какие моменты наиболее выигрышны, а какие скучны, о чем стоит говорить, а о чем лучше и промолчать.

- Никто так глубоко не копал, как Рост, - сказал мне Коля Черный.

- Юра - он все правильно понимает, - это слова Володи Балыбердина.

- Вдумчиво пишет, очень тонко подмечает и очень убедительно излагает, - примерно так сказал Валя Иванов.

- Да, я беседовал с Ростом. У негоправильная позиция. Если он так напишет, а вы напечатаете - полезная для альпинизма книга будет, - сказал по телефону Виталий Михайлович Абалаков. Я, как редактор, отметил бы еще одну ценную черту моего автора - умение перевоплощаться, "влезать в шкуру" своих героев, понимать их и думать за них и смотреть на мир их глазами. Но все, кто прочтет очерк Юрия Роста, должны непременно обратиться и к третьей части нашей книги: воспоминания участников экспедиции, написанные в большинстве своем на основе дневниковых записей или беглых заметок в записной книжке, полны таких деталей и красок, которых, конечно, журналист видеть не мог - это монополия эверестовцев.

Потом началась работа над очерком. Трудная работа. Трудная и потому, что сроки были жесткими, а материал объемный и очень даже не простой. И потому, что у журналиста Юрия Роста есть еще и основная работа (вернее, она есть в первую очередь) в "Литературной газете", где в это же время появилась его знаменитая статья о футболе, а она стоила ему и времени, и нервов, и душевных сил. И потому еще, может быть, что Юра - человек увлекающийся да к тому же еще и чрезвычайно контактный и у него много друзей, а потому и много обязанностей перед ними - он просто не может отказаться от дружеской встречи, от какого-то пустяшного на первый взгляд разговора, потому что этот разго* вор может быть очень нужен другу для обретения душевного равновесия в какую-то его не очень благоприятную минуту.

Он приносил свой очерк кусками, иногда даже написанными от руки. И редактировать приходилось прямо из-под пера, и особенно внимательно следить, чтобы увязывались эти куски, и не проскальзывали повторы, и не были эти куски разнокрасочными.

Так родился основной очерк, рисующий общую картину работы экспедиции.

Э. К.







  
Координация движений означает их согласованность, гармонию между ними. Для выполнения одного движения необходимо поступление к определенной группе мышц точно дозированных нервных импульсов. Регуляция координации движений осуществляется притоком афферентных нервных импульсов в спинной мозг, координационный центр головного
1988 г. Какое оно море? Ты ведь плавал, ты знаешь, спрашивают меня. Какое оно? Не знаю. В зависимости от того, как человек с ним познакомился. С пляжных топчанов сочинского побережья оно одно. С борта туристского лайнера другое. С мостика рыболовецкого сейнера совершенно
Удивительны контрасты природы Матчинского узла, где вонзаются в небо скальные пики и снежные вершины, где путешественники могут проходить из зоны снега и льда к альпийским лугам и удивительно уютным, приветливым рощам за один день, где узкие
Редактор Расскажите
о своих
походах
Обычно небольшая по весу и по размерам палаточная печь в лыжном походе столь сильно влияет на все лагерное хозяйство, быт, состав работ и распределение стояночного времени, что почти каждая группа использует, а в большинстве случаев и изготавливает эту печь по
Гостиница Приют одиннадцати и дизельная построены! Ноябрь 1938 года. Фото А. Петрова. Турбаза Чегем . Проводы группы, уходящей в поход. Фото В. Еремеева. Сванетия. Вершины грозной красавицы Кавказа Ушбы. Фото К. Исайко. Приэльбрусье. В верховьях ущелья Адыл су высится вершина Джан туган. Фото В. Еремеева. Организатор и руководитель первого
Дата Участок км Max, м Сон, м H, м 8. 08 Отъезд из Москвы 9. 08 Поезд 0 12. 08 Прибытие в Бишкек, машина до Джилысу, пешком до ФГС 4. 1 2640 2640 100 1 13. 08 ФГС – стрелка Котор Ашутор 7. 2 2800 2800 160 2 14. 08 – висячая долина Котора 3. 1 3200 3200 400 3 15.


0.092 секунд RW2