Свободный туризм. Материалы.
ГлавнаяПриглашаю/пойду в походПоходыСнаряжениеМатериалыПутеводителиЛитератураПовествованияЮФорумНаписать нам
Фото
  Литература     Восьмитысячники     Антарктида     Россия     Беллетристика  


Аннотация

ПРЕДИСЛОВИЕ

СЧАСТЛИВЫЕ СЕЗОНЫ НА ШЕЛЬФОВОМ ЛЕДНИКЕ РОССА

Проект РИСП

На сцене появляется «зонтик»

На шельфовом леднике Росса

«Звездный час» Джима Браунинга

Антарктида умеет побеждать

«Ну и что! Так и должно было быть»

Снова на «Джей-Найн»

Узнаем друг друга

Счастье улыбается и нам

Соленый керн

ФЛЕТЧЕР, КАМЕРУН И ДРУГИЕ

Департамент на шестом этаже

Джозеф Флетчер

Ледяной остров Флетчера

История о пропавших розах

Иерусалимские артишоки

«Чесапик-Инн»

«Добро пожаловать на наш остров!»

Надежда из Ричмонда

«Здравствуйте, я Ричард Камерун»

«Сладкая жизнь»

В пяти минутах ходьбы вверх по течению

КОСТЕР СИМПОЗИУМА

«Милая, эта старая дорога зовет меня...»

Баллада о скунсах

«Пойзон айви»

Пламя на Ростральных колоннах

Я ИСКАЛ НЕ ПТИЦУ КИВИ

Нежелательная персона

Сестры

«Есть ли у вас друзья киви!»

Первая встреча с киви

Мистеры Даффилды

Антарктические киви

Майор Хайтер

Пересечение острова

Новые эмигранты

Менеринги

Опять Менеринги

«Рыбьи яйца»

Дама

Как я улетал

Катастрофа во льдах

Русские киви

Ирландцы О'Кеннелли

До свидания, киви!

ПОСЛЕСЛОВИЕ

Я искал не птицу киви - И.А. Зотиков

На шельфовом леднике Росса

Когда распахиваются двери самолета в Антарктиде, первое, что чувствуешь, — это холодный и очень сухой воздух. Масса света, невероятно яркого солнца. Когда мы прилетели из Мак-Мёрдо в лагерь «Джей-Найн», нас встретил Джон Клаух. Весь черный от загара, грязи и копоти, со смертельно усталыми глазами. Ведь днем надо было бурить, а ночью принимать самолеты (они почти всегда почему-то приходили ночью). И колоссальная ответственность.

Вместе с нами на «Джей-Найн» прилетела группа ученых из разных стран. И все они ждали одного — скважину. Биологи намеревались опустить под лед сети и узнать, есть ли там что-нибудь живое. Но для этого нужна была скважина. Геологи хотели взять грунт со дна подледникового моря. Но для этого нужна была скважина. Океанологи привезли с собой вертушки для определения скоростей течений и бутылки для отбора проб воды — им тоже нужна была скважина.

Лагерь «Джей-Найн» представлял собой абсолютно плоскую, сверкающую, на солнце ледяную

Пустыню, в середине которой стояли несколько зеленых стандартных палаток, похожих на длинные, поваленные на бок и наполовину зарытые в снег бочки. Их здесь называли «джеймсвей» Снаружи палатки были обтянуть! ветронепроницаемой материей, а изнутри — слоями теплоизоляции. Поэтому одна-две соляровые печки, поставленные в «джеймсвей», делали его вполне сносным для жилья и работы.

Три палатки имели служебное назначение, и в них размещались штаб, лаборатория и кают-компания с кухней, туалетом и душем. Рядом со штабной палаткой колыхался ярко-оранжевый «сачок» матерчатого конуса, напоминающий, что сюда прилетают, самолеты, и торчали покосившиеся удочки радиомачт. «Спальных» палаток, или «слипинг квортерс», было две. Как это обычно бывает на полярных станциях, окна в них, вне зависимости от того, ночь это или полдень, были занавешены, и входить туда надо было на цыпочках, чтобы не разбудить спящих грохотом сапог по фанерному полу.

Когда наши глаза привыкли к полумраку после ослепительного солнца «улицы», мы увидели, что справа и слева от центрального прохода стоят массивные железные кровати. Расстояние между ними было достаточное, чтобы уместилась высокая тумбочка, в которую каждый обитатель мог убрать свои личные вещи. Несколько кроватей выглядели образцово. Но большинство представляли собой беспорядочные горы одеял, курток, книг, сушащихся носков, ботинок и сапог. Тихо, успокоительно гудел огонь в ближайшей печурке. С двух-трех кроватей в каждом ряду доносилось тяжелое мерное сопение. В таких палатках всегда, в любое время суток, несколько человек спят после работы.

На высоте головы стоящего человека в палатке всегда тепло, хотя, судя по многочисленным солнечным лучикам, проникающим в щели, вентиляция — на высоте.

Сопровождающий показывает на образцовые койки. Его жест понятен — эти койки ваши!

Пора работать. Пошли в палатку науки. Это было полупустое помещение в центре поселка. У одной из стен рядом со входом — грубо сколоченный из неструганых досок стол, на котором, поблескивая экраном, стоит серый ящик телевизионной установки, предназначенной для наблюдений под ледником. Рядом — микрофон походной радиостанции. Передняя стенка палатки перед столом Джона была смело вспорота острым ножом, так что образовалось естественное окно с видом на лебедку с телевизионным кабелем. Если радио откажет, то можно подавать команды прямо в окно. Но для всего этого сначала нужна была все та же скважина через ледник.

Вводная инструкция Джона была краткой. Он представил нас тем, кто был в палатке, потом вывел на улицу, подвел к сугробу, из которого торчали доски и бревна, показал на ящик гвоздей.

— Инструмент лежит в помещении электростанции. Поработаете — отнесете на место. Делайте стол, ставьте рядом с моим и начинайте работать. Вопросы есть? — и Джон ушел, шатаясь от усталости.

Мы яростно пилили доски. Ребята молча наблюдали за нами. Довольно быстро мы сколотили прекрасный на наш взгляд, огромный и очень прочный стол. Снова пришел Джон Клаух.

— Так, сделали стол? Хорошо, но он слишком большой... Игор, сделай его наполовину короче, а то другим места не останется.

Витя, как и я, ощущавший на себе напряженное внимание присутствующих, зашептал:

— Игорь Алексеевич, не надо резать, это они нарочно, издеваются.

Но я уже не раз работал с этими людьми и знал, что, как правило, никто из них ничего не делает и не говорит попусту, поэтому обижаться не надо,

— Витя, — сказал я, — режь!

Через час был сделан второй стоп, поменьше, но не менее прочный.

В общем молчании кто-то вдруг произнес: — Ого-го! По такому столу запросто могут пройти русские танки!

Но по тону сказанного, по общему доброжелательному хохоту было ясно, что стол понравился и нас приняли.







  
Рис. 13. Элементы горного рельефа по Ю. Гранильщикову. Гребень линия наибольших высот горного хребта, узкий, ярко выраженный водораздел, образованный пересечением склонов. Он может быть зубчатым, ровным, острым, округлым, платообразным, осыпным, скальным, снежно ледовым, травянистым. Очень острые, круто
Пока Мод в Сиэтле ремонтировалась и принимала на борт новые запасы продовольствия, я вернулся на родину, чтобы раздобыть денег. Это было в январе 1922 года. С глубокой благодарностью я услышал, что стортинг (Стортинг норвежский парламент Прим. ред. ) ассигновал 500 000 крон на продолжение
Орицкали по грузински означает Двуречье или Две реки , как и в Тушетии, где два притока Тушетской Алазани имели оба одно название. Когда в XIX в. составляли карту, эту надпись картографы по недопониманию языка оставили только за западным из двух параллельных
Редактор Расскажите
о своих
походах
•• Маршрутка 1 ••••• Карты 1 ••••• Описания 1 •••• Записная книжка 1 •••• Карандаш 1 •••• Планшет 1 •••• Командирская мензурка (для спирта) 1
1983 г. Ветер шевельнул тонкий перкаль палатки, стряхнув с полотна несколько холодных капель, и я окончательно понял, что проснулся. Сразу вспомнилось: сегодня идем в Географическую. Другой мыслью, тревожной, было подозрение на дождь. Прислушался. Нет, тихо. Просто на скатах осела влага от дыхания. Похоже, за ночь так и не подморозило, иначе б над
На следующий день, аппетитно позавтракав холодной тушёнкой и крекерами, народ взбунтовался. Матросов броненосца Потёмкин на бунт толкнуло гнилое мясо. А Сашу с Эдом холодная тушёнка (то же мне, неженки городские). Короче, когда я предложил взять опорожнённую банку из под тушёнки


0.180 секунд RW2