Свободный туризм. Материалы.
ГлавнаяПриглашаю/пойду в походПоходыСнаряжениеМатериалыПутеводителиЛитератураПовествованияЮФорумНаписать нам
Фото
  Литература     Восьмитысячники     Антарктида     Россия     Беллетристика  


Суер

СОДЕРЖАНИЕ

Часть первая ФОК

БУШПРИТ

Главы I-VI. Шторм

Глава VII Остров Валерьян Борисычей

Глава VIII Суть песка

Главы IX-X Развлечение боцмана

Главы XI-XII Самсон-Сеногной

Глава XIII Славная кончина

Глава XIV Хренов и Семёнов

Глава XV Пора на воблу!

Глава XVI Остров неподдельного счастья

Глава XVII Мудрость капитана

Глава XVIII Старые матросы

Глава XIX Остров печального пилигрима

Глава XX Сущность "Лавра"

Глава XXI Остров тёплых щенков

Глава XXII Встречный корабль

Глава XXIII Дырки в фанере

Глава XXIV Остров Уникорн

Глава XXV Дротики и кортики

Главы ХХVI-ХХVII Рог Уникорна

Глава XXVIII Остров большого вна

Глава XXIX Кроки и кошаса

Глава XXX Остров пониженной гениальности

Часть вторая ГРОТ

Глава XXXI Блуждающая подошва

Глава XXXII Остров голых женщин

Глава XXXIII Блеск пощёчин

Глава XXXIV Задача, решённая сэром

Глава XXXV Бездна наслаждений

Глава XXXVI Гортензия

Глава XXXVII Ихнее лицо

Глава XXXVIII Возвращение на остров голых женщин

Глава XXXIX Остров посланных на ...

Глава ХL Остров Лёши Мезинова

Глава ХLI Вампир

Глава XLII. Остров Сциапод

Глава XLIII. Бодрость и пустота

Глава XLIV. Ступеньки и персики

Глава XLV. Стол из четвёртого измерения

Глава XLVI. Трепет

Глава XLVII. Пожар любви

Глава XLVIII. В рассол!

Глава XLIX. Ненависть

Глава L. Вёдра и альбомы (Остров Гербарий)

Глава LI. Порыв гнева

Глава LII. Остров, на котором совершенно ничего не было

Глава LIII. Е моё

Глава LIV. Род

Главы LV-LVI. Крюк

Глава LVII. Название и форма

Глава LVIII. Драма жизни

Глава LIX. Судьба художника

Глава LX. Иоанн Грозный убивает своего сына

Глава LXI. Остров, обозначенный на карте

Глава LXII. Капитанское пари

Глава LXIII. Надписи на верёвке

Глава LXIV. Остров Кратий

Глава LXV. Кусок поросятины

Глава LXVI. Прелесть прозы

Глава LXVII. Лунная соната

Глава LXVIII. Остров нищих

Глава LXIX. Я сам

Глава LXX. Камень, ложка и чеснок

Глава LXXI. Перо ветра

Глава LXXII. Стакан тумана

Глава LXXIII. Сидящий на мраморе

Глава LXXIV. Усы и невозможное

Глава LXXV. Как было подано невозможное

Глава LXXVI. Явление природы

Часть третья БИЗАНЬ

Глава LXXVII. Мадам Френкель

Глава LXXVIII. Остров особых веселий

Глава LXXIX. Осушение рюмки

Глава LXXX. Рюмочка под беседу

Глава LXXXI. Бескудников

Глава LXXXII. Лик "Лавра"

Глава LXXXIII. Некоторые прерогативы боцмана Чугайло

Глава LXXXIV. Остров боцмана Чугайло

Глава LXXXV. Затейливая надпись

Глава LXXXVI. Лещ

Глава LXXXVII. Сергей и Никанор

Глава LXXXVIII. Остров Едореп

Глава LXXXIX. Тёплый вечерок в нашей уютной кают-компании

Глава ХС. Князь и Лизушка

Глава XCI. Мизинчик

Глава ХСII. Золотая любовь

Глава XCIII. Кадастр

Глава XCIV. Остров Истины

Глава XCV. Девяносто пятая

ПРИЛОЖЕНИЕ

Глава XLIX. Ненависть

Глава L. Вёдра и альбомы (Остров Гербарий)

Суер-Выер - Юрий Коваль

Глава LXX. Камень, ложка и чеснок

*

- Прежде всего, кэп, - сказал я, - прежде всего: никто не имеет права анализировать подаяние. Кто что подал, то и подал. Меня, например, вполне устраивает открытый лоцман, щедрый капитан, разумный старпом. Что подал я - моё дело. Я никому не подотчётен. Подаяние - и всё! И привет! И пока! И до свиданья! Прошу отметить, что все были мною довольны и даже приговаривали: "Спаси Вас Господи!" Но если вас интересует, кому я что подал, могу сказать:

Древорукому - камень, Пеплоголовому - деревянную ложку, Нищему духом - головку чесноку.

Человеку, который убежал от самого себя, я тоже подал подаяние. Вы заметили? Это - небольшой кисет. По-моему, он так и не поинтересовался, что в кисете. Эй, любезный господин Покинутый, а где кисет, который я подал? У вас того, что убежал, или у вас того, что остался?

- У меня. Тот "Я" только деньги взял, а кисет, говорит, тебе оставлю. Кури!

- Загляните же в кисет.

- Чёрт-те что, - сказал Покинутый, развязав кожаную тесёмку. - Махорка, что ли? Или нюхательный табак? Порошок какой-то. Что же это?

- Неужели не догадываетесь?

- Никак не смекну. Надо понюхать.

- Погодите, не спешите нюхать. Это - курарэ! Толчёное курарэ! Здесь как раз хватит, понюхал - и... Вы, кажется, просили?

- Что это значит? - сказал Суер-Выер. - Ты с самого начала знал, чем всё кончится?

- Конечно, нет. Мне и в голову не приходило, что этот спектакль у них так здорово разыгран. И потом, согласитесь, выбежать из самого себя - это действительно редчайший случай. Но курарэ! Курарэ ведь может пригодиться в любом из вариантов: убежал или не убежал, а курарэ-то вот, пожалуйста! Тому, кто хочет убежать от самого себя, курарэ - хороший подарок.

- Да-а, - протянул Суер. - Но как ты истолкуешь камень, ложку и чеснок?

- Дорогой сэр! - отвечал я с поклоном. - Я уже и так не в меру разболтался. Камень, ложка и чеснок - предметы достойные. Их можно толковать как хочешь и даже сверхзамечательно. Я могу истолковать, но дадим же слово самому молчаливому. Пусть истолкует юнга Ю. У него нет денег, но есть некоторый хоть и детский, но симпатичный разум. Прошу вас, господин Ю.

Тут юнга открыл было рот, но в дело неожиданно влез Покинутый сам собою.

- Погодите, господа, - сказал он. - Какой камень? Какой чеснок? Тут воссоединение вот-вот произойдёт, а вы Бог знает о чём толкуете. Давайте же скорей червонец, а то убежит, свинья такая!

- Слушай, помолчи, а! - сказал старпом. - Помолчи, потерпи.

- Что там происходит? - крикнул из-за скалы Бежавший.

- Хрен их поймёт! Про чеснок толкуют. А мне яду дали.

- Чесноком не бери! А много ли яду?

- Да всего мешочек. Короче, полк солдат не отравишь, но на одного полковника хватит. А денег не дают.

- Ну ты хоть корчился в муках-то?

- Замучился корчиться. Такие судороги отмочил да железные конвульсии, а всё равно не дают.

- Во жлобы какие приехали! Они что, из Парижа?

- Да вроде из Москвы, говорят.

- Ага, ну понятно.

- Эй вы, РАЗБЕЖАВШИЕСЯ! А ну-ка молчать! - гаркнул старпом. - Цыц! Нишкни! Помалкивай! Где Чугай-ло? Сейчас позову! Юнга, говори!

Разбежавшиеся приутихли, особенно этот, что остался, тот за скалой ещё немного хорохорился, но на всякий случай заткнулся.

- Человеку с деревянной рукой - камень? - спросил юнга. - Я думаю, это просто. Скорей всего, точильный камень - точить стамески для резьбы по дереву. Пеплоголо-вому - ложку! Отметим, деревянную. Ему не хватало пеплу. Ложку можно сжечь - и пригоршня пепла налицо! Нищему духом - головку чесноку. Это тоже просто. Если он съест чеснок - духу не прибавится, зато появится запах. А запах, как известно, в некотором роде замена духу. Во всяком случае, ему вполне можно будет сказать: "Фу! Фу! Какой от тебя дух идёт!" Довольны ли вы таким объяснением, господин мой?

- Вполне, - ответил я, рассмеявшись от всего сердца. - Это - шикарное объяснение. Оно мне, признаться, и в голову не приходило. Камень-то я дал довольно-таки тяжёлый, это вместо гнёта, чтоб на крышку давить, когда капусту квасишь, ложку подал в двух смыслах: суп есть и пеплом главу из неё посыпать, к тому же как напоминание о родной нашей России, ложка-то резана в окрестностях села Ферапонтова, а головку чесноку подал потому, что мне-то самому чеснок вреден, язва от него разыгрывается.

- Ха-ха! - деланно сказал капитан. - Это всё враньё! Болтовня! Фиглярство. Все подаяния имеют глубокий философский смысл: камень - символ вечности, ложка - символ духовной пищи, чеснок - символ жизненной силы.

- Ну что ж, капитан, - сказал я, - вы - великий человек, вам и видней. Убеждён, что вы сумели бы истолковать всё что угодно, даже если б я подал нищим перо ветра и стакан тумана.







  
В случае падения одного альпиниста в трещину, следует, удержав товарища, отойти от края трещины и на глубоко загнанном в снег ледорубе укрепить веревку, соединяющую связку с упавшим альпинистом, используя петельку на веревке. После этого второй из связки, охраняемый
День тринадцатый. Утром снова вышли в море. Вдруг крик: летучие рыбы! Я выскочил на палубу. Море как море, и вдруг из под форштевня выскочила стая рыбок размером с ласточек, коричневые сверху, с белым брюшком, сверкающие на виражах. Стая примерно
В ущелье р. Муху, которая впадает в Теберду на северной окраине курорта, действуют фермы, сырзавод, на лугах левого склона пасут скот (правый относится к заповеднику). Долина издавна была заселена. У г. Кашха Тау (Лысая) найдены следы селения аланского времени, место древней (кобанской) выработки меди. Старинная тропа ведет к
Редактор Расскажите
о своих
походах
Рюкзак . Сколько туристов, столько и рюкзаков. И попробуйте кого то убедить, что его рюкзак не самый лучший! Впрочем, некие основные параметры общие хороший рюкзак анатомический , т. е. сшит по человеческой фигуре, имеет толстый поясник (поясной ремень) на такой ремень приходится до двух третей
1983 г. Для нас знакомство с виндсерфингом произошло шесть лет назад в новом микрорайоне Москвы Строгине. На местном водоеме наше внимание привлек человек, неуклюже и с невероятным напряжением стоявший на доске. Он держал в руках парус, то и дело смешно плюхался в воду, но, весь дрожащий, опять забирался на доску
Ледник Дых су река Дых су Начало движения 9:00; окончание 16:00. Общее время 7 час. , ЧХВ 300 мин. Пройдено 13, 5 км. Метеоусловия: переменная облачность. Ночевали в верхней части ледника Дых су в 9:00 начали движение по открытому леднику придерживаясь левого края кошки не требовались . Через два часа вышли к повороту здесь вышли в его среднюю


0.095 секунд RW2