Свободный туризм. Материалы.
ГлавнаяПриглашаю/пойду в походПоходыСнаряжениеМатериалыПутеводителиЛитератураПовествованияЮФорумНаписать нам
Фото
  Литература     Восьмитысячники     Антарктида     Россия     Беллетристика  


Покоренные гиганты

Введение

На очереди восьмитысячники

Самые высокие горы Земли

Знакомьтесь, гиганты!

Первые робкие встречи

Переход к решительным штурмам

Временное затишье.

Борьба обостряется.

На Джомолунгму вновь идут англичане.

Штурмы Нангапарбат.

Чогори не остается без внимания.

Десять памятных лет

Закономерность или удача?

Гиганты сопротивляются.

Решительный перелом.

Сдалась и Нангапарбат.

Удача сопутствовала не всем.

Фронт атак ширится

“Сверхлегкая” экспедиция австрийских альпинистов.

Гиганты сдаются не всем.

На очереди Канченджанга и Макалу.

В стремлении не опоздать.

Наконец победа.

Австрийцы борются в одиночку.

Американцы добиваются победы.

Большой успех индийских альпинистов.

Дхаулагири наконец сдалась.

История повторяется

По путям перво­восходителей.

Встреча не состоялась.

Дебют альпинистов Чехословакии.

На гиганты по новым путям.

Есть новые восьмитысячники.

На гиганты по сложнейшим путям.

Штурм Рупальской стены.

На Аннапурне вновь сенсация.

Французы вновь атакуют Макалу.

Джомолунгма дает отпор.

Штурм гигантов продолжается.

Перспективы борьбы за гиганты

Хронология экспедиций на восьмитысячники

Фотографии 1

Фотографии 2

Литература

Покоренные гиганты - П.С.Рототаев

Сдалась и Нангапарбат.

Одновременно с английской экспедицией на Джомолунгму действовала и экспедиция на Нангапарбат, которую проводили альпинисты Австрии и ФРГ. Она субсидировалась немецкими, австрийскими, шведскими и испанскими фирмами в обмен на возможность широкой рекламы своих товаров. Существенную финансовую помощь предоставили также издательства и киностудии за право информации о ходе и результатах экспедиции.

Вершина Нангапарбат имела в альпинистском мире зловещую известность. На ней произошло столько трагедий, как ни на одном другом восьмитысячнике. Все они были связаны с тяжелыми метеоклиматическими условиями района и существенными организационно-тактическими просчетами всех предшествующих восьми экспедиций к этой вершине. Отсюда следовало, что очередная экспедиция должна прежде всего самым серьезным образом проанализировать все недостатки предшествующих и быть готовой проводить работу, не допуская их повторения.

Главное — создание квалифицированного и крепко спаянного коллектива восходителей.

Руководителем экспедиции стал К. Херлигкоффер. Группу альпинистов возглавил П. Ашенбреннер, участник многих экспедиций. Состав группы был небольшим. В него входили: А. Биттерлинг и К. Рейнер — оба профессиональные проводники; Г. Буль — известный альпинист; О. Кемптер и Г. Келенспергер. Заместителем начальника экспедиции был В. Фрауэнбергер, кинооператором — Г. Эртль, тоже опытные восходители. Из этого состава только двое имели опыт высотных восхождений (П. Ашенбреннер и Г. Эртль). Остальные зарекомендовали себя на сложных восхождениях в Альпах.

Нельзя при этом умолчать о том, что подготовка к экспедиции шла с большим напряжением. Среди участников не было единства, и нередко возникали жаркие дискуссии. Трудности начались еще до выезда. Первый срок его — начало апреля—был сорван из-за задержки с получением виз. Задержки были и дальше. Одной из причин их было назначение П. Ашенбреннера руководителем штурмовой группы. Ряд участников возражали против этого, но в конце концов им пришлось согласиться.

Выехав из Мюнхена 17 апреля, участники экспедиции 6 мая прибыли в Гильгит и только к середине мая караван экспедиции подошел к “Сказочной поляне” — традиционному месту основного лагеря. Незамедлительно началась переброска имущества к месту базового лагеря на большой левой морене ледника Ракхиот (4000 м) и разведка обстановки в районе дальнейшей деятельности экспедиции.

В этом году Нангапарбат выглядела особенно неприветливо. Весь массив был сильно заснежен. Даже пик Ракхиот с его характерным скальным северным ребром представлялся классической снежной пирамидой. В первый день при пасмурной погоде все окружающее имело мрачный вид. Альпинисты понимали, что им потребуется много сил и упорства для достижения победы, особенно при таком ограниченном составе.

После долгих обсуждений было принято решение штурмовать вершину по пути всех предшествующих экспедиций лишь с небольшими отклонениями, вызываемыми обстановкой этого сезона. Намеченный маршрут проходил от базового лагеря по большой морене, а затем по леднику Ракхиот ближе к склонам Хонгра-пика и далее в направлении пика Ракхиот. Затем путь шел по склонам этого пика. С высоты примерно 6700 м траверсируется северное ребро пика Ракхиот, и путь выводит па западный гребень массива Нангапарбат и далее, через “Серебряное седло” и предвершину подходит к Главной вершине. Путь этот протяженный, но технически несложный.

Конец мая и значительная часть июня отличались частой непогодой. Много времени альпинистам приходилось сидеть в палатках. Их волновало то, что все труды могут пропасть даром и восхождения не удастся сделать.

Небо часто затягивалось тучами, в ущельях шли дожди, а на хребтах и вершинах гуляла пурга. Иногда выпадал снег и в ущельях, превращая лето в зиму. Сама же вершина Нангапарбат в редких разрывах туч выглядела еще более сурово. Альпинистам казалось, что после таких снегопадов не может быть и речи о попытке восхождения. Толщина выпавшего снега на леднике Ракхиот достигла 1 м. Но все же они не теряли надежды на улучшение погоды. В короткие промежутки прояснений участники экспедиции упорно и методично продвигались к вершине, прокладывая путь и организуя лагеря.

К концу июня установилась хорошая погода. Промежуточные лагеря были уже подготовлены до подъема на пик Ракхиот (6400 м). На остальной части маршрута по настоянию Ашенбреннера была запланирована заброска только одного промежуточного лагеря на западном гребне, в то время как экспедиция 1934 г. планировала на этой части пути еще три лагеря.

К середине июня участники экспедиции на Нангапарбат узнали о победе англичан над Джомолунгмой. В последующем в отчете немецко-австрийской экспедиции писалось: “Все мы честно радовались этому успеху друзей. Одновременно все были едины в том, что эта победа налагает на нас двойное обязательство”.

Наконец пришло время штурма. Участники передовой группы Фрауэнбергер, Эртль, Буль и Кемптер 29 июня находились в лагере 3, где отдыхали, готовясь к штурму. Перед этим они только что спустились из лагеря 5, который организовали на западном ребре.

Если до этого времени все шло нацеленно и с виду организованно, то с этого момента начинает твориться что-то малопонятное. В лагере 3 был принят по радио приказ руководства экспедиции о прекращении штурма и немедленном спуске всех альпинистов в базовый лагерь. Причины этого в приказе не объяснялись.

Участники передовой группы недоумевали: в чем дело? Все признаки указывали на то, что наступил длительный период благоприятной погоды. Высотные лагеря организованы. Все подготовлено для решительного наступления на вершину. И вдруг — спускаться.

Некоторую ясность внес Эртль, являвшийся опытным высотником. Он высказал предположение, что приказ дан по инициативе Ашенбреннера, который боится повторения катастрофы 1934 г.

Учитывая обстановку и чувствуя уверенность в своих возможностях, участники передовой четверки решили воспротивиться указаниям Херлигкоффера. Фрауэнбергер как заместитель начальника экспедиции взял ответственность за это решение на себя. И с этого момента передовая группа стала продолжать свою деятельность не по плану ее руководителей Херлигкоффера и Ашенбреннера, а вопреки ему.

Фрауэнбергер, Эртль и Буль вместе с тремя носильщиками 30 июня поднялись в лагерь 4. Кемптер остался в лагере 3 для отдыха. На следующий день Буль с носильщиками продолжили путь траверса через ребро пика Ракхиот, где навесили 100 м веревочных перил. В тот же день Кемптер поднялся в лагерь 4.

Утром 2 июня солнце ярко освещало крутые склоны массива Нангапарбат, разорванную поверхность ледника Ракхиот и заснеженный пик Ракхиот. Херлигкоффер и Ашенбреннер напряженно всматривались в сторону пика Ракхиот и западного гребня массива Нангапарбат, надеясь, что неподчинившиеся участники все же возвратятся.

Погода прекрасная. Легкие утренние облака, скользя по склонам, поднимались ввысь, превращаясь в клочья ваты, плывущие на фоне голубого неба. Некоторые из них вскоре таяли. Несколько позднее обстановка прояснилась. Мощный бинокль позволил Херлигкофферу и Ашенбреннеру рассмотреть восемь темных точек, поднимающихся по западному гребню в направлении “Серебряного седла”. Руководителям экспедиции стало ясно, что четыре альпиниста в сопровождении четырех носильщиков пошли на штурм вершины...

Достигнув лагеря 5, штурмовая группа еще раз серьезно взвесила шансы на успех. Погода на следующий день ожидалась хорошая. Утром нужно было выходить на вершину. Честь штурма Фрауэнбергер и Эртль уступили молодым Булю и Кемптеру, а сами спустились в лагерь 4. Теперь Буль и Кемптер должны были оправдать надежды старших товарищей и успешно завершить штурм Нангапарбат. Они договорились лечь спать в 21 час, с тем чтобы выйти к вершине в 2 часа утра. Выполняя такой план, Буль, приготовив все для штурма, лег в назначенное время, а Кемптер еще долго кипятил чай и заливал его в термос, что-то собирал и лег только в 23 часа.

Буль, как он вспоминал позднее, долго не мог заснуть. Он вновь и вновь обдумывал детали штурма. Ночью поднялся сильный ветер. Буль вставал и выходил укреплять палатку.

Вскоре ветер значительно стих, и Буль решил, что штурм возможен. Он начал собираться к выходу. Разбудил Кемптера. Но тот заявил, что у него нет желания идти и он еще полежит. Буль предупредил товарища, что независимо от его решения он выйдет в назначенное время. Перед самым выходом Буль еще раз разбудил Кемптера. Тот стал подниматься и сказал, что догонит Буля. Тогда Буль переложил в рюкзак Кемптера часть продуктов, рассчитанных на обоих. Себе он оставил сухие фрукты, вафли и термос с чаем. Взял он и медикаменты — глюкозу и первитин. Надев рюкзак и взяв лыжные палки, он вышел из палатки.

Было еще темно. На небе ни облачка. Дул слабый ветер. Подмороженный за ночь снег приятно поскрипывал под ногами. Перед Булем стояла трудная задача — за один день подняться на 1225 м и спуститься обратно. “Возможно ли это для человека?” — подумал он.

С пути к “Серебряному седлу” он увидел, что из лагеря вышел Кемптер. И тогда он замедлил движение, чтобы тот сумел его догнать, но, достигнув седла, он увидел, что Кемптер еще далеко. Взглянув в сторону предвершииы, Буль увидел, что на всем трехкилометровом протяжении до нее простирается пологий снежный склон, названный участниками экспедиции 1934 г. “Серебряным плато”. Продвигаясь по плато, Буль убедился, что, несмотря на его кажущуюся простоту, оно потребует затраты значительных сил. Поверхность его неровная, с застругами от постоянных ветров, фирн здесь весьма плотный. Перед предвершиной Буль понял, что если он поднимется на вершину во второй половине дня, то обратно в лагерь 5 ему не удастся вернуться засветло. Одна неотвязная мысль сверлила его мозг: англичане взошли на Джомолунгму, а он, во что бы то ни стало, должен покорить Нангапарбат. Это будет тоже рекорд — покорить такую вершину, да еще в одиночку. Кемптера он уже не ждал.

А тот, поднявшись на “Серебряное седло” и увидев, что Буль уже приближается к предвершине, решил, что догнать его уже не сможет, и стал здесь ждать его возвращения. Он присел отдохнуть и скоро заснул.

Буль шел без кислорода. Часто останавливался. Рюкзак мешал ему, и на одной из остановок он оставил его, взяв в карман несколько вафель, термос с чаем и таблетки первитина. Чем выше, тем труднее было идти. Мучила жажда. Да и голод давал знать о себе. Сухие вафли не лезли в рот, а чай он экономил. Как он жалел в такие моменты, что оставил сало в рюкзаке Кемптера! Без продуктов, без спального мешка и палатки, без всякой надежды на возможную помощь товарищей Буль с каким-то остервенением продолжал свой путь к вершине. Испытывал искушение подкрепиться первитином, но, зная, что этот медикамент возбуждает силы на 5—6 часов, а затем усталость увеличивается еще больше, Буль сдерживался, а достигнув предвершины, принял одну дозу. Спустился он затем в Бацинскую впадину довольно легко. Отсюда по разрушенным скалам поднялся на плечо вершины и по несложному и короткому снежному склону наконец достиг вершины Нангапарбат. Было это в 19 часов 3 июля 1953 года.

Наконец-то после почти шестидесятилетних усилий Нангапарбат сдалась человеку!

Буль отчетливо представлял трагизм своего положения. Скоро ночь. Решаться на ночевку без спального мешка и палатки, без продуктов питания на высоте 8000 м было бы безумием. Но он все же не терял присутствия духа. Прежде всего Буль воткнул в снег вершины ледоруб с тирольским вымпелом и несколько раз сфотографировал его на фоне окружающих вершин.

Теперь спуск. Несмотря на сковывающую тело усталость, он достаточно быстро спустился в Бацинскую впадину. На подъеме к предвершине его застигла темнота. Она, а также большая усталость не позволили одинокому восходителю добраться ни до оставленного им рюкзака, ни до группы скал на спуске с предвершииы, где он собирался остановиться на вынужденную ночевку. Остановился он, не доходя до предвершины, на качающейся скальной плите. У Буля не было ни веревки, ни крючьев для того, чтобы привязаться к скалам. Впоследствии он рассказывал, что даже был как-то рад этому обстоятельству, так как качающаяся плита не давала ему заснуть.

Следует заметить, что Булю повезло. Ночь была спокойная, безветренная. Температура не снижалась ниже —10°. Но ему было очень холодно. Особенно мерзли ноги. Принятые перед вечером две таблетки первитина уже закончили свое действие. Буля мучили голод и жажда. Силы его слабели. Появилось неприятное чувство, что он отморозил ноги.

Район Нангапарбат
С рассветом голодный, продрогший и совершенно не отдохнувший Буль продолжил свой путь. Немало времени у него ушло на достижение предвершины. Теплящаяся надежда на встречу здесь с Кемптером не оправдалась. Временами, как он вспоминал позднее, им овладевали галлюцинации. Наконец почти в бессознательном состоянии он добрался до оставленного рюкзака. Долго сидел здесь Буль неподвижно. Затем проглотил несколько таблеток глюкозы и первитина. Это несколько подкрепило его, и он мог сознательно реагировать на окружающее.

День был прекрасный. Окружающие вершины сияли под лучами взошедшего солнца. На востоке снежные хребты уходили в синеющую даль. На северо-западе поднимались круто изогнутые хребты Каракорума. Их вершины, особенно восьмитысячники, были видны настолько ярко и рельефно, что казались очень близкими.

Буль тяжело поднялся и медленно зашагал к “Серебряному седлу”. Расстояние, которое даже на подъеме он прошел достаточно быстро, теперь казалось ему бесконечным. Движение часто замедлялось и даже прекращалось.

Почему же Буль не встретил Кемптера? Поднявшись за Булем на “Серебряное седло”, тот решил здесь ожидать возвращения товарища. Сначала он уснул. Во второй половине дня он уже не спал, а все с большим беспокойством поглядывал на предвершину, ожидая появления Буля. В 17 часов Кемптер решил, что ожидать далее бесполезно и, забыв даже оставить продукты, решил спускаться в лагерь 5, не рискуя оставаться тут без палатки и спального мешка.

На утро следующего дня в лагерь 5 поднялись Фрауэнбергер и Эртль с четырьмя носильщиками. Еще до выхода из лагеря 4 Эртль передал по радио Херлигкофферу, что Буль и Кемптер вышли на вершину. Здесь, в лагере 5, пришедшие рассчитывали встретить двух победителей Нангапарбат, а встретил их один Кемптер. Его сообщение вызвало тревогу пришедших. Отправив Кемптера с носильщиками вниз, Фрауэнбергер и Эртль решили ожидать Буля. Их тревожные взгляды часто обращались к “Серебряному седлу”.

Лишь в 18 часов между двумя скальными выступами — вершинами появилась одинокая фигура. Даже из лагеря 5 было видно, что она шаталась и спотыкалась. Немедленно Фрауэнбергер и Эртль вышли навстречу.

Буль без сил упал на руки друзей.

А утром 5 июля Буль и его спасители направились вниз. Теперь они могли считать, что все трудности позади. Фрауэнбергер и Эртль в душе сожалели, что только плохая организация штурма не дала возможности им принять в нем непосредственное участие. Но в данный момент они были рады успеху Буля и, удовлетворенные, поторапливались к уютному лагерю 4, где их должны встретить товарищи.

Но, к их удивлению, этого не произошло. Даже лагеря на знакомом месте не оказалось. Не было обнаружено и других лагерей по пути спуска. Оказалось, что по указанию руководителей экспедиции все они были свернуты как бы в наказание не подчинившимся альпинистам. И те, кто обеспечил настоящую победу над Нангапарбат, оказались забытыми в этих бесконечных снегах и льдах. Но у них хватило самообладания, мужества и сил для того, чтобы без посторонней помощи спуститься в базовый лагерь.

Весть о возвращении Буля была встречена здесь более чем сдержанно...

Впоследствии даже австрийская газета “Ди прессе” в своем номере от 29 октября 1953 г. была вынуждена признать, что великие узы дружбы, обычно сплачивающие людей на большие достижения, в данном случае объединяли только некоторых участников экспедиции.

Фрауэнбергер и Эртль встретили окончательно обессилевшего Буля на спуске с “Серебряного седла”, помогли ему спуститься в лагерь 5, оттирали его обмороженные ноги, кормили изголодавшегося восходителя, создавали ему условия для необходимого отдыха. А здесь, в базовом лагере, врач и он же начальник экспедиции Херлигкоффер отказал Булю в медицинской помощи, сославшись на отсутствие медикаментов, которые он уже отправил в Гильгит. Состояние Буля было таким тяжелым, что вниз его несли носильщики. Впоследствии у Буля было ампутировано несколько пальцев ног.

В отдельных выступлениях печати предпринимались попытки сравнить итоги экспедиций на Джомолунгму и Нангапарбат. Однако сравнимыми являются лишь caм факт восхождения и в какой-то мере действия Фрауэнбергера и Эртля. Непонятным лишь в их поведении явилось то, что, придя в лагерь 5 и отправив вниз Кемптера с носильщиками, они не предприняли попытки выйти хотя бы на “Серебряное седло” навстречу Булю, зная, что он уже вторые сутки находится наверху один и перенес холодную ночевку в таких сложных условиях. И все же они проявили к нему большое внимание. Без них положение одинокого восходителя было бы катастрофическим.

В остальном же эти экспедиции несравнимы.

Показательны и итоговые результаты этих экспедиций.

Победители Джомолунгмы, а ими руководство считало всех участников, в том числе и шерпов, действовавшие одним сплоченным коллективом, были восторженно встречены в Непале, Индии и Англии. Их достижения были отмечены высокими наградами. Шерп Тенсинг, один из покорителей высочайшей вершины мира, был объявлен национальным героем.

Экспедиция же на Нангапарбат завершилась конфликтом. Дело дошло до суда. Лишь вмешательство бургомистра Вены Томаса Виммера помогло снизить остроту конфликта. Достижение Г. Буля было отмечено тем, что бургомистр Вены предоставил ему комнату — до этого Буль и его жена не имели своего жилья и ютились у разных знакомых.







  
Раскладка (Алтай 98, Дима и Олег) Поход 21 день, т. е. раскладка на 22 ночи (вечер/утро). Раскладка менее 400 г, вкусная (под наши вкусы) и сытная нам хватало, и даже на свал осталось больше продуктов, чем мы рассчитывали. Часть Iа акклиматизация, мало естся, много пьется, уменьшенная раскладка (4 дня). Iб продолжение акклиматизации и начало
А остров Уникорн, друзья, рассказывал Суер Выер, открыт ещё в пятом веке до новой эры капитаном Ктессом. Но сейчас это открытие считается недействительным, потому что эра новая. Новая? удивился лоцман Кацман. С чего это она такая уж новая? Капитан неожиданно закашлялся. Он явно не знал, что сказать. Прищурившись, внутренним
Перевалы Гаспаротто и Рцывашки вид с севера. В 20 е годы Суганские горы посетили итальянские альпинисты под руководством Л. Гаспаротто. Итальянцы совершили серию восхождений, в том числе на вершину Гюльчи и нынешний пик Шевченко. Во вторую мировую войну Гаспаротто был одним из руководителей итальянского
Редактор Расскажите
о своих
походах
Личное снаряжение это, прежде всего, одежда. Совместить в одной одежке все требование горного туриста дело практически безнадежное, во всяком случае в наше время и за разумные деньги. Поэтому мы берем в горы довольно много разных вещей, но делаем это с умом, так что в результате чувствуем себя комфортно и
1983 г. Мы, водники из Перми, повторили пройденный группой Луканова в 1978 г. маршрут по рекам Беляндкиик, Сельдара, Верхняя Муксу, впервые пройдя 38 километровое ущелье Муксу Джилга, и закончили сплав в поселке Джиргиталь на реке Сурхоб. Раннее утро. Солнечные лучи едва пробиваются
С самого утра, до завтрака, пробежались далее по еле заметной тропе и нашли таки выход на седловину. Решили не сильно спешить (дался первый день и болело все тело) и потому вышли с лагеря только к 11. 30. До обеда спокойно дошли до седловины. Не доходя до седловины (а кто будет идти с нее, то вниз) метрах в


0.076 секунд RW2